Фото http://gospodi.livejournal.com

Об этом напишет "Таттлер". В разделе "выход". Хорошая эпитафия для писателя. Одна фотография в светской хронике. Но - везде.

Папарацци щелкали Лимонова так, что на мгновение зарябило в глазах от блицев. Сразу - десять - больше? с промежутками в доли секунды.

Я сказал Левитину: "Беги вперед! Там его портрет". И он рванул по лестнице вверх: будь она деревянной, - обломилась бы. Только каблуки мелькнули.

Ура! Выставка Борисова открыта вчера в "Ру артс". Я рад, как бегемот в винной ванне: бодрит и неловко.
Идеи, усилия, ожидания... усталость. И яростный кашель, который сбивает меня с ног.

На вернисаже не мог найти себе места, потому что все время кашлял невпопад. Боялся, что призовут к ответу и заставят говорить. Обошлось.

Поздравил Лимонова с его французским успехом. "Маленький негодяй" лежит на видном месте в большом книжном на площади Клиши. Значит, покупают. Значит, нужен.

Великий Русский Писатель похвастал тем, что биография Каррера скоро выйдет в Америке. "Уже перевели. При жизни". "Хорошо, что при жизни", - сказал я. Остроумного разговора не вышло.

Если так пойдет, следующее поколение французских подростков будет делать жизнь "с Эдички". "Я недавно посмотрел старое видео восьмидесятых. Там был я. И увидел, все правильно написано. Я таким и был".

Бывший большевик выглядел усохшим, как старый мальчик. Железный блеск в глазах. Усталость от успеха и жажда вспышек. Когда минутами никто не подходил к нему, он оглядывался вокруг - ну? где же?

"Молодой негодяй" постарел. И стал главным героем борисовского вернисажа. Рядом с огромным охранником он казался мелким. Наверх, к богатым, его не позвали.

Глотнув скотча, я отвалился от честной компании. И пошел во все тяжкие. Танцевать цыганочку. Говорить об иконах. Смотреть Фужиту. В Неопалимовском. Под музыку Евгения Доги.

Tags: Пари рюс, о фото, перепост

Высоцкий в свои 74. 25 января 2012

как омерзительно подобраны цвета! агрессивное сочетание черного с желтым, как брюшко пожилой пчелы или потертый романовский флаг. серые мешки под глазами поэта.

Tags: музыка, новый русский дизайн, старый советский дизайн, ёмуль

Господин Бурда, комедиант, почетный гражданин.
Херр Гриммельсхаузен, писатель, сельский староста.
Оффенбург. 04 января 2012.

Тени, которые входят в конструкцию памятника. То есть монумент, для которого создаются освещающие его приборы. Идея такая простая и так редко реализуемая, несмотря на то, что революция в городском пространстве произошла больше ста лет назад. Улицы стали светиться ночью, и это в корне изменило восприятие статуй.
Господин Бурда поставлен вместе со своим фонарем. То есть тени предзаданы. Симплициус Симплициссимус (или его альтер эго?) выглядывает из стены гимназии имени Гриммельсхаузена. Прожектор настроен раз и навсегда - придуман скульптором? Оба памятника установлены на средства одного и того же семейства. В тихом городе у ворот Черного Леса.

Tags: Черный Лес, скульптура, художники, цвет

Трупы елок. Вид спереди и сзади. Бульвар Батиньоль, ближе к Клиши (17е/8e). 10 января 2012

столько людей борются за права животных! и как мало друзей у растений.
давно пора учредить клуб поклонников искусственной елки. варварский обычай убивать деревья должен быть искоренен. "праздник", суть которого состоит в истреблении живых существ, не может быть настоящим праздником цивилизованного гражданина.

Tags: скульптура, цвет

Труп сугроба. Вид спереди и вид сзади. Санкт-Георген. 03 января 2012

Кто защищает права сугробов? Под влиянием последних событий я ощутил жгучую жажду политической деятельности. Подумываю учредить Лигу защиты прошлогоднего снега.

Tags: Черный Лес, скульптура, цвет
Current Music: Ирис ДеМент

Свет и пар. "Спазмы", инсталляция Энтони МакКолла (Anthony McCall). Галерея Мартин Абукайя. Рядом с Музеем Пикассо (улица святого Анастасия 5, Марэ). 11 января 2012.

Свет, пар, движение. Их соединили еще в эпоху волшебного фонаря. Материалы не новы. Образ нов. Медитативная картинка - медленное движение двух линий по белому экрану. Едва заметное перемещение лучей в замкнутом пространстве. Ново использование материалов: не фантасмагория Ричардсона и не техно-диско. Галерейная комнатенка, современное искусство.

Tags: скульптура, художники, цвет

Жмёт. После рождественской ярмарки. 93й, между мэрией и рынком (площадь Жана Жореса). 17 декабря 2011.

В горле скрипит, как несмазанное колесо. Прийдя из библиотеки, чувствую себя как прогнившая насквозь книга. Не спится. Лечусь Талискером. Придумал три новых коктейля:
Земляничная поляна. Талискер разболтать с земляничным медом, свежевыжатым лимоном и разбавить водой наполовину.
Закусывать хорошо драниками с рокфором и медом.
Вересковый мед. Талискер с яичным ликером Алоиса Дальмайра, половина на половину, ложка верескового меда и к этому долить тепленького молока (по объему как все прочее).
Можно не закусывать. Хорошо бы шоколадку, но ее нет.
Третий совсем дурацкий. Я его уже забыл.
Подойдет, наверное, любое из островных виски. Но с "Лагавулином", кажется, хуже будет - в нем как-то резче скрип кирзовых сапог и запах дегтя...

Tags: детка, еда

Винтовая лестница. Римская улица 137 бис (17е). 10 января 2012

удивительное чувство легкости в разговоре, скачущем от самоубийства Эдуара Леве к оргиям Альбера Б., от многозначности зеленого цвета пленки "Фуджи про" к хайдеггерианцам из 16го на платформе "Альма-Марсо", от некрологов в "Русской мысли" при Зинаиде Шаховской к влиянию Бородулина на Вильяма Кляйна. в Париже не с кем поговорить-то из русских. среди немногих - Антон, философ-моделайзер, который любит район вокруг "Ля фурш". мрачные кварталы, пошарпанные меблирашки.
тоже навевало нелегкие мысли. его прежнее место обитания - на границе Монмартра, неподалеку от "Магнума". тоже навевало. ночь, высокая кладбищенская стена, желтый свет фонарей... фаталист, мракобес, жизнелюб, Антон - удивительно органичный тип русского еврейского человека, какой только и может прижиться в Париже - петербуржец (или ленинградец?), он сознательно (подсознательно?) ищет - и находит в одном городе П. другой город П. с достоевщинкой, поперченной Хичкоком.
теперь он остался один на один с другом - котом. ушел от второй жены и сменил округ. живет дальше от бдского Клиши и ближе к Сорбонне. итальянская супермодель осталась в развалившемся прошлом. старый пухлый толстомордый котище тоскливо бредет от своей кухонной миски к хозяйскому креслу: ему лень пищать, тереться и делать все то, что положено делать котам, работающим котами; он абсолютно равнодушен к гостю, аутичен и асоциален.
Римская улица. сплошная линия подозрительных автомастерских, выглядящих так, как будто там разбирают на детали краденые авто денно и нощно. и вслед за ними - приличный (по местному) дом с палисадником. маленькая дверь в стене сбоку. винтовая лестница. почти мансарда.
дикий вид из окна. железная дорога - как река, стиснутая в каменных берегах. сквер Батиньоль, как зеленый остров. Эдгар По. Или Конан-Дойль. Январский свет в середине дня падает на журнальный столик с одиноким белым цветком в китайской вазе. холодный пейзаж конца 19 века. полки с альбомами. зеркало у изгиба лестницы, ведущей на антресоль. уютный декаданс. богемный саспенс.
- напишешь про метро?, - спрашивает он, - про своего любимого бомжа... выйдя из забегаловки на Лежандр, я бреду по высокому берегу, вдоль сетки-проволоки, огораживающей подъездные пути к вокзалу Сен-Лазар. Открытая широкая траншея - как вечная рана - лежит глубоко внизу,а в ней гоношатся, блестят пробегающие поезда. на обочине лежит труп елки. неподалеку от него пируют клошары.

Tags: Пари рюс, о фото, художники, цвет

Шнееманн. Санкт-Георген. 03 января 2012

Ночью на последнем островке снега. Так, что не было видно, какой он черный. Под хилым фонарем, заботливо включенным кем-то из местных. На высоте 852 или выше. Не чувствуя мгновенно замерзших рук. У кривой разлапистой елочки. Я лепил снеговика из материала, который вовсе не хотел лепиться. Он был покрыт толстым настом, который я разбивал кожаными ботинками. А сразу почти под настом шла земля. Оставалось сантиметров лишь пять, которые могли пойти в ход. Это были льдистые влажные грязные сгустки, из которых можно было создать только бесформенные комки. Но никак не шары. Ничего похожего на шары. О лапах у этого монстра не могло быть и речи. Он получился маленьким, со зловещей ухмылкой...
Я отошел от него. Выругался. И растер окоченевшие пальцы шнапсом.
Таким вышел первый снеговик девочки.

Tags: Черный Лес, детка, цвет

Яблочное вино. 93й. 06 января 2012

Древнее пойло германцев. Вкус юности... Плодовое вино из кислых яблок, которым франки травили себя еще до того, как римляне познакомили их с виноградной лозой. По аллемански его зовут "мост".
Перебродивший яблочный сок. Напиток дикарей с крепкими желудками. Во Франции никто такого не пьет, даже дикий доныне баск. И слова нет для такой отравы в галльской речи. Потому что сусло - это субпродукт. То, из чего может выйти сидр, а может - уксус.
Немцы не ищут в яблочной дури шампанистых пузырьков. Им не нужен облагораженный вкус. Они пьют прокисший сок холодным. Варвары. Но и сахара не добавляют для крепости, как в России, на югах. Чтобы вдарило по башке, по печени....
Мерзкий запах муляки помню до сих пор. Месяц в Анапе не прошел даром, в 16-то лет, при антинародной антиалкогольной власти. Каждый день с утра - вперед, с трехлитровой пустой банкой, на поиски самогонщиков, часов в семь утра. А их и искать не надо: они в каждом дворе, в каждом доме. Затаились. Смотрят. Лают. Свой? Не свой? Продать? Не продать? А чего ж не продать, если человек хороший, три рубля в кармане? И вот снова пахнуло... детством, мерзостью.
Я впервые выпил апфельфайн три дня назад. Купил на воскресной ярмарке в Бадене. Выпил и выплюнул. Тут же запил молоком. Подумал, что кислоты хватил по случайности. Но нет. Это было "яблочное домашнее". Страшный кисляк, который нельзя сравнить ни с французским сидром, ни с русской бражкой.
И что-то же... только сейчас понял, что... всколыхнулось. Даже цвет этого адского пойла знаком мне был по другой жизни. Нету только той мути, из-за которой муляку и зовут мулякой. И того градуса, за который ее покупают. Но есть специфическое послевкусие, как будто уксусу в салате переел. И печеночные колики ностальгии.
М. придумала специальный замес под яблочное молодое вино. Руккола дает горчинку, маринованная свекла - для сладости, козий сыр - он солен - и кислое яблоко. Оливковое масло смягчает. Белое и красное, зеленое и коричневое. Плюс желтое - цвет основного продукта.
Галет де руа + сидр - традиционный французский набор ко Дню трех волхвов. А на берегу Рейна яблочную дурь пьют в любое время года. Как и на берегах Черного моря.

Tags: Пари рюс, Черный Лес, еда, цвет
Current Mood: nostalgic